Combined Endotracheal Anesthesia 

Комбинированный эндотрахеальный наркоз — наиболее глубокий и управляемый вид общей анестезии, при котором сочетаются внутривенные и ингаляционные анестетики, обеспечивающие сон, обезболивание и мышечную релаксацию, а дыхательные пути защищены эндотрахеальной трубкой, введённой в трахею через голосовую щель. Аппарат ИВЛ полностью контролирует дыхание пациента. В клинике «Искусство» данный метод применяется для длительных и обширных операций.

Эндотрахеальный наркоз — «золотой стандарт» для масштабных хирургических вмешательств: фейслифтинг, бодилифт, абдоминопластика, DIEP-реконструкция, обширная липоскульптура, операции длительностью более 3 часов.

Показания

• Операции длительностью более 2–3 часов (фейслифтинг, абдоминопластика, бодилифт)
• Операции, требующие полной мышечной релаксации
• Операции в положении на животе
• Микрохирургические реконструкции (DIEP-лоскут — 4–8 часов)
• Пациенты с высоким анестезиологическим риском (ожирение, обструктивное апноэ, сердечно-сосудистые заболевания)
• Ринопластика (при необходимости тампонады носа — защита дыхательных путей трубкой обязательна)

Как проводится

Индукция: внутривенно — пропофол (сон), фентанил (обезболивание), миорелаксант (мышечная релаксация). После расслабления мышц анестезиолог выполняет ларингоскопию и вводит эндотрахеальную трубку в трахею. Трубка фиксируется и подключается к аппарату ИВЛ. Поддержание: ингаляционный анестетик + внутривенные анальгетики + миорелаксанты (по необходимости). Мониторинг: ЭКГ, пульсоксиметрия, капнография, АД, температура, глубина анестезии (BIS-мониторинг), нейромышечный мониторинг.

По окончании операции подача анестетиков прекращается, мышечная релаксация реверсируется специфическим антагонистом, пациент просыпается и дышит самостоятельно. Трубка извлекается. Пробуждение — 5–15 минут.

Преимущества

• Полная защита дыхательных путей от аспирации (желудочное содержимое, кровь)
• Управляемое дыхание — аппарат ИВЛ обеспечивает оптимальную вентиляцию независимо от длительности операции
• Полная мышечная релаксация — хирург работает в идеальных условиях
• Максимальная управляемость глубины анестезии
• Возможность проведения операций любой длительности и сложности

После наркоза

Пробуждение — в операционной или палате пробуждения под наблюдением анестезиолога. Возможна лёгкая болезненность в горле (от интубационной трубки) — проходит за 1–2 дня. Тошнота — возможна (профилактика противорвотными препаратами). Сонливость — 2–4 часа. Полное восстановление сознания — 1–2 часа. Пациент находится в стационаре клиники до утра следующего дня.

Часто задаваемые вопросы

Опасен ли эндотрахеальный наркоз?

Современный эндотрахеальный наркоз — безопасная и хорошо контролируемая процедура. Тщательное предоперационное обследование, современное оборудование и непрерывный мониторинг минимизируют риски. Серьёзные осложнения у здоровых пациентов при плановых операциях — крайне редки.

Будет ли болеть горло?

Лёгкая болезненность или першение в горле — частый, но кратковременный симптом после интубации. Проходит за 1–2 дня. Анестезиолог использует трубки минимального необходимого диаметра и щадящую технику интубации для минимизации дискомфорта.

Как долго я буду спать?

Столько, сколько длится операция. Пробуждение наступает через 5–15 минут после прекращения подачи анестетиков. Глубина и длительность сна полностью контролируются анестезиологом.

Эндотрахеальный наркоз при различных операциях

Фейслифтинг (SMAS, Deep Plane) — длительность 2,5–5 часов. Эндотрахеальный наркоз обеспечивает полную неподвижность пациента, управляемое дыхание и контролируемое АД (хирург работает вблизи сосудов — важно избегать гипертензии). Анестезиолог поддерживает «мягкую» гипотензию для минимизации кровотечения.

Абдоминопластика — 2–4 часа. Требует мышечной релаксации (для ушивания диастаза) и управляемого дыхания (отслойка лоскута на животе может ограничивать дыхательную экскурсию). Тромбопрофилактика — обязательный компонент анестезиологического пособия.

DIEP-реконструкция — 4–8 часов. Наиболее длительная и сложная анестезия в пластической хирургии. Двухбригадная работа (одна бригада — забор лоскута с живота, другая — подготовка грудной стенки). Анестезиолог обеспечивает стабильную гемодинамику, оптимальную вентиляцию, поддерживает температуру тела (длительная операция — риск гипотермии), контролирует гидробаланс.

Бодилифт — 4–6 часов, смена положения пациента (на живот, затем на спину). Анестезиолог обеспечивает безопасность при перевороте — контроль трубки, катетеров, мониторов. Повышенный риск тромбоэмболии — агрессивная тромбопрофилактика (компрессионные чулки + низкомолекулярные гепарины + пневмокомпрессия ног).

Современный эндотрахеальный наркоз кардинально отличается от наркоза даже 20-летней давности. Новые ингаляционные анестетики (десфлуран, севофлуран) обеспечивают быстрое пробуждение и минимальный «послеоперационный туман». Новые миорелаксанты (рокуроний) полностью реверсируются специфическим антагонистом (сугаммадекс) — пациент восстанавливает мышечную силу за 2–3 минуты. BIS-мониторинг исключает интраоперационное пробуждение. Всё это делает современный наркоз предсказуемым, управляемым и комфортным.

Температурный контроль — обязательный компонент анестезиологического пособия при длительных операциях. В операционной температура воздуха снижена (для комфорта хирургической бригады и профилактики инфекции), и пациент может переохладиться. Гипотермия ухудшает свёртываемость, замедляет метаболизм анестетиков и повышает риск осложнений. Анестезиолог использует системы обогрева пациента (конвекционные одеяла, подогрев инфузионных растворов, увлажнение и подогрев дыхательной смеси).

Мышечная релаксация — ключевое преимущество эндотрахеального наркоза перед ларингеальной маской. Миорелаксанты (рокуроний, атракурий) полностью расслабляют скелетную мускулатуру, что критически важно при абдоминопластике (ушивание диастаза требует полного расслабления мышц живота), при работе в условиях ограниченного доступа (фейслифтинг — неподвижность пациента обеспечивает безопасность работы вблизи лицевого нерва), при длительных операциях. Контроль мышечной релаксации осуществляется TOF-мониторингом